Когда встречаешь интересного собеседника, разговор с ним не хочется заканчивать никогда. Полные версии интервью читай в этом разделе on-line-журнала.


Личность и общество | Интервью

Материал был опубликован в №012 | 2005

// «Мне кажется, показать обычного человека с необычной стороны более интересно, чем работать с моделями, которые демонстрируют заученные позы»

Всему Головач

Теги: искусство , культура , фото

Текст: Андрей Данилов
Фото: Серж Головач

— Ресторан как выставочная площадка не смущает тебя? Как твои произведения оказались здесь?

— «Долф» — не просто ресторан с развешанными по стенам картинами. Ощущение и обоняние здесь дополняет зрительный ряд, который позволяет наслаждаться всеми органами чувств. Не вижу в этом ничего плохого. Эта выставка совпала с моим днем рождения, и, честно говоря, было желание отметить его среди своих лучших работ, ведь главным в моей жизни является творчество.

— Как прошел праздник?

— Фантастически. Пришло столько гостей. Были Михаил Горбачев, Бари Алибасов, Андрей Житинкин, Синиша Лазаревич, Михаил Шилов, Андрей Бартенев, Пьер Паоло Кос, Дмитрий Купер, Сергей Соседов, Борис Бергер, группа художников AES, Dj Данила, Огненная Леди и многие другие близкие мне люди, их друзья.

– До тебя в этом арт-ресторане проходили выставки художников Владимира Духовлинова и Леонида Семейко. Насколько живопись и светопись могут заменять друг друга, и может ли фотография иметь ту же ценность что и картина?

– Фотография относится к современному жанру искусства, хотя зародилась еще в XIX веке. Зачастую к ней до сих пор относятся несерьезно, поскольку в отличие от живописи с фотографией мы гораздо чаще сталкиваемся в быту. Но искусство фотографии – это нечто особенное, требующее не просто мастерства, а другого взгляда на вещи. Вот в этом зале, например, висит триптих «Мультиоргазм». Редко кто понимает, что это воздушные шары, улетающие в небо. Эта серия была сделана на праздновании 300-летия Санкт-Петербурга, и ее отобрал для своего собрания Государственный Центр современного искусства. А вот рядом стоят знаменосцы, как один похожие на Маяковского. Снимок тоже сделан в Питере, и он находится в коллекции Государственного Русского музея. Рынок для художника возникает тогда, когда его работами заинтересовались хотя бы три покупателя. Есть круг коллекционеров из Франции, Германии и России, которые следят за моим творчеством, и я позитивно воспринимаю спрос на свои произведения. Особенно приятно, что фотография стала цениться и в нашей стране.

– Чем, на твой взгляд, произведения Сержа Головача отличаются от работ других фотохудожников?

– Многие считают, что можно снимать все подряд, и именно поэтому они становятся неузнаваемыми. Я рад, что мне удалось найти собственный визуальный стиль, стать неповторимым. Например, когда я работал над проектом «Феномен «русского» в балете и фотографии», часть произведений из которого ты увидишь в банкетном зале, мне хотелось сказать об искусстве балета что-то новое. Не просто репортажно представить танец или танцовщика, как это делали много раз до меня. Я купил панорамную камеру с мощной оптикой, не теряющей визуальный контакт с объектом в течение съемки, как это происходит у традиционных зеркальных камер. Это позволило собрать воедино то, что легло на пленку, достичь потрясающей резкости, четкости изображения и создать неповторимый рисунок.

– Балетная серия очень необычна. Я впервые вижу балет, снятый панорамно и с необычного ракурса — как будто во время спектакля ты был на сцене вместе с танцовщиками.

– Так и было. Мне удалось протиснуться в небольшое пространство за основным занавесом, откуда меня не видит зал, но все происходящее как на ладони. И я действительно первый, кто стал так снимать. Обычно все ограничивалось репортажем или в лучшем случае портретом того или иного артиста на сцене. Мне кажется, что я взглянул на балет по-новому. В Большом театре я снимал спектакли «Жизель», «Спартак», «Щелкунчик», «Раймонда», «Шопениана», «Собор Парижской Богоматери» и «Светлый ручей». Остальные сделаны с участием балетных трупп Великобритании, Италии, России и Украины. Надеюсь, эта серия когда-нибудь станет отдельным крупным проектом, но без государственной поддержки здесь не обойтись. У каждого театра свои спонсоры, и договориться с кем-то из них конкретно пока не удается.



— Часть представленных произведений посвящены красоте и загадке человеческого тела. Тебе позируют профессиональные модели?

— В моих произведениях практически нет профессиональных моделей. Вот, например, балетный юноша Андрей Черкасов в интерьерах Саши Васильева. Этого солиста Театра классического балета Натальи Касаткиной и Владимира Василёва я впервые увидел в «Спартаке». Или пять юношей из Витебска. Один из них милиционер, двое работают грузчиками, четвертый — студент, а пятый — официант. На других снимках спортсмен из Хабаровска и т. д. Мне кажется, показать обычного человека с необычной стороны более интересно, чем работать с моделями, которые демонстрируют заученные позы.

— Полностью с тобой согласен. А как ты придумываешь сюжеты для своих произведений?

— Сюжеты приходят сами собой. Главное – уехать подальше от Москвы, чтобы не чувствовать бешеного напряжения мегаполиса. Работая над проектом «Рифмы», я много времени провел в окрестностях Санкт-Петербурга, ездил по дамбе, заплывал на форты. Например, на одной из этих работ парень из Петергофа застыл в академической позе на фоне чугунного люка прожекторной шахты. Иногда интересные сюжеты преподносит сама жизнь.



— Серж, а как ты относишься к музыке и насколько она нужна в работе фотографа?

— Когда-то я был профессионально связан с современной музыкой — работал директором концертного агентства «Арлекин» и в 2000 году устраивал многотысячный концерт Ильи Лагутенко на Дальнем Востоке, откуда мы с ним родом. Музыка очень помогает в творчестве, особенно, когда хочется создать зрителю определенное настроение. Видеоверсия проекта «Рифмы» во время Первой Московской биеннале современного искусства проходила под музыку нашего современника, замечательного композитора Олега Кострова. По ощущению мне также близка музыка Майкла Наймана, которую я использовал в проекте памяти Казимира Малевича. Вообще музыку очень люблю, но никогда не слушаю ее в наушниках.



— Раз мы перешли к твоим личным пристрастиям, скажи, часто ли в твоей жизни бывает любовь с первого взгляда и не разочаровывают ли тебя яркие чувства?

— Скажу, почему же нет. Художник не может жить без любви. Это главная движущая сила искусства. Я — не исключение. Но действительно рядом с любовью всегда бывают и разочарования. Это больно. Они меня очень сильно угнетают, и я сильно переживаю все внутри себя. Частичка этих чувств есть и на этой выставке.



Мнения читателей

Рейтинг этого материала    1 | 0




Rambler's Top100      Follow bestforgay on Twitter   Facebook   Live Journal   Live Journal

Свидетельство о регистрации СМИ: ПИ №ФС77-19983 от 29.04.2005

Copyright © 2004-2005. BF MEDIA GROUP LTD.