Бобёр, зам по строительству, искал стройматериалы. Бегемотище распорядился для Главной Берлоги сделать двери из красного дерева, а где его возьмёшь, красное? С тех пор, как буревестников революции, да красных соколов разогнали, и красное дерево почему-то перевелось. Бобёр слышал, что вредних птиц приказал изничтожить Койот, североамериканский волк, которого прислали в Сосновый Бор делать какую-то дермократию. «Вот на неё, по слухам, всё красное дерево и ушло, на эту… как её там… - думал Бобёр. - Наверняка на своё название похожа. Вот он, Бобёр – на бобриковую шапку похож. А эта дермо… - Бобёр перепрыгнул через кочку и часть важного названия выскочила у него из головы. – Наверняка эта дермократия связана с Гиппопотамом. Он в последнее время бродит по территории, хвостом крутит, как пропеллером. А Гиппопотамы, известно зачем «пропеллерами» крутят: эту самую «дермо» разбрасывают, территорию занятую метят. Скоро ему, Бобру, и плотины для семьи негде будет ставить!».
Бобёр сунул нос под куст, чтобы проверить, не осталось ли там со времён красных соколов-буревестников хотя бы с полкубометра красного дерева… И наткнулся на что-то колючее.
Под кустом сначала недовольно запыхтело, жалобно икнуло, а потом из мусора вылез недовольный Ёжик:
- Т-ты ч-щего зверям спать н-не даёшь? – пробурчал он, недовольно нахлобучив на морду шапку из колючек.
- А ты чего?! – возмутился Бобёр, но присмотревшись и принюхавшись, удивился: - Ёжик, да ты пьяный!
- Пи-яный… - согласился Ёжик, икнул, махнул лапой, и, потеряв равновесие, покатился кувырком, намереваясь упасть с обрыва и разбиться насмерть.
Бобёр пинком подправил ежиный колобок под дерево. Ударившись в ствол, Ёжик распластался поперёк толстого корня грязным брюхом кверху. Подойдя и убедившись, что Ёжик убился не до смерти, Бобёр сел рядом.
- А чего это ты нахрюкался? – поинтересовался он, для ежиного удобства спихнув колючего с жёсткого корня.
- Я ж в отделе культуры работал, - тоскливо, со слезой в голосе пожаловался Ёжик, сев рядом с Бобром и воняя ему в морду перегаром. – В отделе народного творчества. А тут птица важная прилетела. Сказали – от Наимудрейшего. Начала порядки наводить. Велела культуру сократить… Звери, говорит, блеять-мычать, траву щипать и без культуры умеют.
Ёжик икнул.
- Уволили? – посочувствовал Бобёр.
- Не уволили. Но довольствие назначили – два жёлудя в неделю. А у меня от желудёв язва открывается. Да и мало их, желудёв этих… Только на кофей и хватает.
- От перепою у тебя язва открывается! – назидательно поднял лапу вверх Бобёр. – А мало не у того, кто мало получает, а у того, кто много пьёт.
- Непьющий я, - безнадёжно отмахнулся Ёжик. – А как птица эта… Ип! На жёлуди нас посадила, я и запил.
- Чё ты всё икаешь? Как птица та называется?
- Да я ж говорю… Ип!
- Вот икун! Воды из ручья попей! Как выглядит хоть птица?
- Птица как птица, не скажешь, что от высокого начальства прислана. Сверху чёрная, снизу белая…
- Может наоборот? Сверху белая, внутри – чёрная? А что? Нормальная окраска для чиновничьей птицы.
- Может и так, - уныло согласился Ёжик. – Я один раз её видел. Птицу… Ип!
- Хватит икать!
- Нос красный, большой…
- Ага… Ты вот будешь пить, у тебя тоже нос будет красный и большой! А у птиц – клюв.
- Над глазами кожа мешками…
- Это у тебя завтра будут мешки под глазами с перепою.
- Ходит, молчит. Выглядывает всё. Но зверьё говорит, что молчит, когда одна. А как в стаю соберётся – гвалту не оберёшься!
- Ясно дело – чиновник из политиков. Они все, как в кучу соберутся – кричат-обсуждают, как нашу жизнь обустроить. И конца тому крику нету. А живёт где та птица?
- Говорят, гнёзд не строит. Где пусто – там и живёт. Между камней, в брошеных норах, в щелях разных, в пустотах…
- Всё правильно, где не занято, там и занимает место… В пустотах… Вот обоснуется у нас, отгрохает особняк, и устроится в его пустотах. Зовут-то как птицу?
Ёжик в который раз икнул.
- Да надоел ты своим иканием!
- Я не икаю. Я как птицу зовут, хочу сказать, а ты не даёшь. Ип…
Бобёр недовольно покосился на Ёжика.
- Ип… Ипатка её зовут! Fratercula corniculata, как по двойному гражданству в загранпаспорте написано!
2010 г