Аналитика
На днях в Страсбурге произошло немаловажное для российской журналистики событие. А именно – дислоцирующийся в этом славном французском городе Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) принял решение в пользу журналиста из не менее славного города Брянска. Собственно, такие решения принимались и ранее, но на сей раз примечателен размер денежной компенсации, которая присуждена журналисту – на порядок больше, чем прежде: ЕСПЧ сигнализирует России – пора, наконец, прекратить безосновательные судебные преследования прессы. Но о «размере, который имеет значение» - чуть ниже.Журналист оспаривал решения российских судов, усмотревших в его статьях нанесение вреда чести и достоинству – ну конечно, понятно кого: представителей власти и чиновничества. Не суть важно, какие именно имяреки (один из них – депутат Госдумы) обнаружили себя глубоко оскорбленными теми публикациями, но высокий международный суд обратил внимание на то, что российские суды сочли правонарушением: журналист, видите ли, допустил - внимание! - отрицательные ОЦЕНКИ деятельности означенных слуг народа.
Основа решений данных судов понятна - мол, «как он посмел и кто он такой?».
Для ЕСПЧ же такая ретивость представителей российской Фемиды, грудью вставших на защиту «столпов Отечества», оказалась не более чем попранием ратифицированной Россией Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, а именно – статьи 10, гласящей в пункте 1, что «каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ».
Страсбург не нашел в статьях журналиста нарушения им ограничений, накладываемых Конвенцией на осуществление данного права в случаях, когда речь могла бы идти о правовых формальностях, необходимых «в демократическом обществе в интересах государственной безопасности, территориальной целостности или общественного спокойствия, в целях предотвращения беспорядков и преступности» и т.д.
Зато что европейские судьи усмотрели – так это нарушение их российскими коллегами баланса между свободой прессы и правом публичных лиц (депутатов, чиновников и т.д.) на защиту от критики. Европейский суд справедливо считает, что эти лица должны быть терпимыми к критике, и уж тем более когда она направлена на исполнение ими своих публично-должностных обязанностей.
Кстати, среди европейских политиков и государственных деятелей нет тех, кто бегал бы в суд не только по поводу появления подобных статей, но и в связи с опубликованием карикатур на себя любимых – пусть даже подчас и обидных. Такова норма нормального демократического общества. А если не хочешь быть объектом журналистской критики и общественной молвы, так и не суйся в политику.
В основу решений Страсбургского суда по информационным, так сказать, спорам положено то, что Конвенция допускает в деятельности журналистов – да и вообще любого гражданина своей страны – политические оценки, которые могут вызвать «беспокойство со стороны государства или какой-то части населения». Это, с точки зрения Конвенции и опирающегося на нее в своей работе ЕСПЧ, - важнейший принцип, без которого нет и не может быть демократического общества как такового. И, в соответствии с
основополагающими нормами этого общества, в первую очередь именно власть должна терпимо относиться к таким оценкам. Как раз это и подчеркивает Европейский суд, вынося решения по данным делам.
Так что оценки деятельности представителей власти, партий и общественных структур, в том числе резко отрицательные, имеет право давать не только журналист, но и любой гражданин. В случае же массовых попыток пресечь судебными санкциями исполнение журналистами своего служебного долга, наверное, речь должна идти не просто о нарушении демократических принципов, но и о скатывании в тоталитаризм, а то и еще куда похуже. Выходившая в нацистской Германии газета «Фёлькишер беобахтер», знаете ли, никаких критических оценок в адрес фюрера и партии НСДАП тоже не допускала. Равно как газета «Правда» - в адрес тов. Сталина (при его жизни) и ВКП (б), а впоследствии КПСС.
Понятно, что кому-то эта самая ВКП (б) - КПСС снова почудилась, но уже под другой вывеской. Эти «кто-то» не понимают, что наносят изрядный политический урон тому, что чудится в этом качестве. Никуда, увы не исчезли и унтеры Пришибеевы с будочниками Мымрецовыми, которые требуют законодательно ввести цензуру (Конституцию РФ унтеры и будочники, понятное дело, не читали).
Только где теперь Третий рейх и СССР? В ХХI веке живем, может, уже хватит на посмешище европейцам заниматься глупостями в стиле «тащить и не пущать»? Тем более, что эти пришибеевские глупости чувствительно бьют по российскому бюджету. Так вот, в качестве компенсации за судебные преследования упомянутый журналист, согласно решению, вынесенному в Страсбурге по двум эпизодам, теперь должен получить от российского государства 13800 евро, то есть больше полумиллиона рублей. К слову, российский суд в свое время присудил «оскорбленному» журналистом тому самому депутату пять тысяч рублей из кармана журналиста.
Наверное, было бы справедливо, если бы Российское государство нанесенный ему решениями собственных судей материальный ущерб (государство никак не может уклониться от выплат своим гражданам сумм по решениям ЕСПЧ – иначе ему грозят весьма серьезные международные санкции) обращало на их личный карман, но такой практики, увы, не существует.
И не следует думать, что ЕСПЧ предвзято относится к России как государству. «Телефонное право» в Страсбурге не действовало и не действует. Наоборот, известны случаи, когда ЕСПЧ защищал и позицию Российского государства в судебных тяжбах с его гражданами – так, другой российский журналист не смог оспорить в Страсбурге приговор российской Фемиды, признавшей его виновным в шпионаже в форме передачи неких сведений представителю СМИ одной из зарубежных стран; дело в том, что в отрезок времени, когда журналист совершил инкриминируемые ему деяния, он был военнослужащим, штатным сотрудником редакции одной из газет Министерства обороны. Но это, как говорится, совсем другой коленкор.
Не следует также думать, что нет фактов, когда российская Фемида защищала бы журналистов. Их немного (к сожалению!), но они есть. Мало кому вот известно, что в Балакове имел место случай, когда одну местную журналистку пытались «привлечь» по уголовной статье за «клевету» и «оскорбление». Более того, приговор таки был вынесен, но после подачи кассационной жалобы в областной суд и последующего пересмотра дела в городском суде журналистка была оправдана и в порядке компенсации за понесенный моральный ущерб получила от государства – по суду! – 30 тысяч рублей. Так что обошлось без вмешательства Страсбурга.
Между прочим, местное журналистское сообщество к неприятной ситуации с коллегой в целом осталось безучастным. Да что там сообщество – редакция СМИ, в которой тогда она работала, и не подумала встать на защиту сотрудника. Что наводит на определенные мысли о моральной атмосфере и в местном медиа-сообществе, и в той конкретной редакции.
Но, как оказалось, и один в поле воин. Победа все равно будет за правдой. Не здесь, так в Страсбурге. Форточку в Европу прорубили – не захлопнешь.
Андрей СТАРК
