Директор ЗАО «Балаковохлеб» Татьяна Супрунец на встрече премьер-министра Дмитрия Медведева с партактивом «Единой России» в Саратове высказала премьеру претензии в адрес сетевых магазинов.
Приводим ее беседу с Дмитрием Медведевым полностью, согласно стенограмме встречи, опубликованной на сайте «ЕР»:
Татьяна Супрунец: Добрый вечер, Дмитрий Анатольевич! Супрунец Татьяна Владимировна, директор «Балаковохлеб». Я немножко про жизнь и экономику хотела бы поговорить. Наше предприятие насчитывает уже 45 лет, как оно существует, и несколько лет назад мы приняли решение заняться еще… Исконно мы печем хлеб. А несколько лет назад…
Дмитрий Медведев: Судя по названию, да.
Татьяна Супрунец: …а несколько лет назад приняли решение заниматься сельским хозяйством. Создано было более 300 новых рабочих мест. Теперь у нас свое зерно и своя мука. Но существует все-таки проблема, и она никуда не ушла, проблема реализации продукции местных производителей в торговых сетях. Местные производители для экономики района – мы все прекрасно понимаем – очень важная составляющая. Это и рабочие места, и достойные зарплаты, и налоги в бюджеты всех уровней. Но, ни для кого не секрет, что до сих пор проблема вхождения в сеть существует – на стадии заключения договоров это и определение цены, которая совершенно никак не ориентирована – качественный продукт или не качественный, – бонусы пресловутые, которые превращаются в маркетинговые услуги…
Дмитрий Медведев: Татьяна Владимировна, вот вы мне прямо, откровенно скажите: с вас сколько за это попросили денег и кто? Чего мы друг друга, так сказать, вот здесь «лечим»? Значит, существует проблема, как бы её решить. Вот здесь есть Председатель Правительства России, есть губернатор, наверное, нет прокурора, потому что прокурор не должен посещать партийные мероприятия, но вы скажите все-таки, что это было и как.
Татьяна Супрунец: Это маркетинговые услуги, это стопроцентный возврат по черствости: сколько хочу – закажу, столько же и сдам.
Дмитрий Медведев: Кто вам такие требования выставил?
Татьяна Супрунец: Сети.
Дмитрий Медведев: Ну, какие конкретно?
Татьяна Супрунец: Федеральные, региональные.
Дмитрий Медведев: Называйте.
Татьяна Супрунец: «Магнит».
Дмитрий Медведев: «Магнит», так.
Татьяна Супрунец: «Гроздь».
Дмитрий Медведев: Так.
Татьяна Супрунец: «Пятерочка», возможно, но мы с ними не работаем. Я думаю, что стиль работы у всех, в принципе, одинаковый.
Дмитрий Анатольевич, на самом деле ситуация знаете какая щекотливая? Заводы… Мы просто, когда встречаемся с руководителями предприятий, конечно же, все об этом плачутся, но вслух никто не говорит.
Дмитрий Медведев: А почему не говорит-то?
Татьяна Супрунец: Потому что договор – это коммерческая тайна. Я даже сейчас не понимаю, что я на самом деле делаю.
Дмитрий Медведев: Да уже все – теперь об этом вся страна узнала. Представляете, где вы и где этот «Магнит»? Сколько у него там этих магазинов?
Татьяна Супрунец: Я знаю, где «Магнит» (это Краснодар), поэтому у нас все переговоры ведутся только там, не на месте.
Дмитрий Медведев: Нет, просто я знаю, что это одна из самых больших сетей и самых успешных.
Татьяна Супрунец: Да, конечно, и успешных. И тоже сводки читаем, какие у них прибыли и как они здорово у нас развиваются. Но у меня, знаете, вопрос с чем связанный? С тем, что не рассматриваются или не планируются ли изменения или дополнения к федеральному закону «О торговле», в котором была бы определена обязательность присутствия продукции местных производителей?
Дмитрий Медведев: Спасибо.
Татьяна Супрунец: А можно еще просьбу?
Дмитрий Медведев: Можно, конечно.
Татьяна Супрунец: Являясь представителем хлебопечения, у меня к Вам просьба: обратите, пожалуйста, внимание на итоги работы Х съезда Союза пекарей России, который был в июне в Москве. У нас очень много на самом деле проблем. Нам бы очень хотелось понимания, помощи и, может быть, даже содействия.
Дмитрий Медведев: Спасибо. Во всяком случае я считаю абсолютно правильным поблагодарить нашу коллегу аплодисментами за смелость. Мне-то легко такие вопросы задавать – вам гораздо труднее на них отвечать, это я тоже понимаю. Но, с другой стороны, все начинается с нашей искренней позиции.
Тема сетей. Когда мы писали в прямом смысле этого слова закон «О торговле» – а закон этот, мягко говоря, не самый удачный, не самый сильный, у меня никаких иллюзий и не было, – одна из целей, которая объявлялась, заключалась в том, чтобы, как мне говорили коллеги из Правительства (я тогда Президентом работал), приструнить сети. Видите, закон есть, и сети есть. Вообще, сети – это не зло, это прекрасная вещь: люди ездят туда, покупают продукты. Это, если хотите, для многих наших людей такой национальный спорт: поехать в субботу-воскресенье, набрать большую корзинку или там коляску этих продуктов, вместе с семьей там прогуляться. Проблема в том, что продукты там могли бы быть гораздо дешевле, если бы не было этих заградительных барьеров, если бы не было этой, извините за непарламентское выражение, борзости со стороны отдельных руководителей этих сетей, которые ставят барьеры для вхождения относительно небольших местных производителей. Почему они, кстати, их ставят? Потому что они проживут и без вас, они свои прибыли заработают и без вас, и именно поэтому они себя так ведут.
Теперь отвечаю на ваш вопрос. Если бы я сказал, что ерунда, давайте изменим закон, все будет нормально, то я бы вас обманул. К сожалению, такие вещи зачастую законами не решаются. И в действующем законе есть правило, направленное на то, чтобы обеспечить доступ местных производителей в сети. Не работает. Единственный способ, я вам здесь говорю предельно откровенно, что можно сделать, – это наша просто с вами совместная, неравнодушная позиция. Поймите меня правильно. Вот вы сказали сейчас об этом. Да, мы закон можем откорректировать, можно посмотреть на какие-то нюансы, я не возражаю и, кстати, готов нашим коллегам и из партийной организации, и из Правительства об этом сказать, мы думаем об этом. Но главное – просто, чтобы каждый случай, когда из вас вымогают за это взятку, во что-то воплощался. Потому что мы можем написать любой закон, но если вы будете приходить, с вас будут тянуть деньги, а вы будете молчать или же давать эти деньги, ничего не поменяется. Поэтому с этим надо бороться и наказывать, в том числе и крупные сети. Они, между прочим, вполне разумные люди. Если кто-нибудь из местных руководителей попадётся на этом деле, не волнуйтесь, они их защищать не будут, они их сольют. И другим урок будет. Вот так».
Приводим ее беседу с Дмитрием Медведевым полностью, согласно стенограмме встречи, опубликованной на сайте «ЕР»:
Татьяна Супрунец: Добрый вечер, Дмитрий Анатольевич! Супрунец Татьяна Владимировна, директор «Балаковохлеб». Я немножко про жизнь и экономику хотела бы поговорить. Наше предприятие насчитывает уже 45 лет, как оно существует, и несколько лет назад мы приняли решение заняться еще… Исконно мы печем хлеб. А несколько лет назад…
Дмитрий Медведев: Судя по названию, да.
Татьяна Супрунец: …а несколько лет назад приняли решение заниматься сельским хозяйством. Создано было более 300 новых рабочих мест. Теперь у нас свое зерно и своя мука. Но существует все-таки проблема, и она никуда не ушла, проблема реализации продукции местных производителей в торговых сетях. Местные производители для экономики района – мы все прекрасно понимаем – очень важная составляющая. Это и рабочие места, и достойные зарплаты, и налоги в бюджеты всех уровней. Но, ни для кого не секрет, что до сих пор проблема вхождения в сеть существует – на стадии заключения договоров это и определение цены, которая совершенно никак не ориентирована – качественный продукт или не качественный, – бонусы пресловутые, которые превращаются в маркетинговые услуги…
Дмитрий Медведев: Татьяна Владимировна, вот вы мне прямо, откровенно скажите: с вас сколько за это попросили денег и кто? Чего мы друг друга, так сказать, вот здесь «лечим»? Значит, существует проблема, как бы её решить. Вот здесь есть Председатель Правительства России, есть губернатор, наверное, нет прокурора, потому что прокурор не должен посещать партийные мероприятия, но вы скажите все-таки, что это было и как.
Татьяна Супрунец: Это маркетинговые услуги, это стопроцентный возврат по черствости: сколько хочу – закажу, столько же и сдам.
Дмитрий Медведев: Кто вам такие требования выставил?
Татьяна Супрунец: Сети.
Дмитрий Медведев: Ну, какие конкретно?
Татьяна Супрунец: Федеральные, региональные.
Дмитрий Медведев: Называйте.
Татьяна Супрунец: «Магнит».
Дмитрий Медведев: «Магнит», так.
Татьяна Супрунец: «Гроздь».
Дмитрий Медведев: Так.
Татьяна Супрунец: «Пятерочка», возможно, но мы с ними не работаем. Я думаю, что стиль работы у всех, в принципе, одинаковый.
Дмитрий Анатольевич, на самом деле ситуация знаете какая щекотливая? Заводы… Мы просто, когда встречаемся с руководителями предприятий, конечно же, все об этом плачутся, но вслух никто не говорит.
Дмитрий Медведев: А почему не говорит-то?
Татьяна Супрунец: Потому что договор – это коммерческая тайна. Я даже сейчас не понимаю, что я на самом деле делаю.
Дмитрий Медведев: Да уже все – теперь об этом вся страна узнала. Представляете, где вы и где этот «Магнит»? Сколько у него там этих магазинов?
Татьяна Супрунец: Я знаю, где «Магнит» (это Краснодар), поэтому у нас все переговоры ведутся только там, не на месте.
Дмитрий Медведев: Нет, просто я знаю, что это одна из самых больших сетей и самых успешных.
Татьяна Супрунец: Да, конечно, и успешных. И тоже сводки читаем, какие у них прибыли и как они здорово у нас развиваются. Но у меня, знаете, вопрос с чем связанный? С тем, что не рассматриваются или не планируются ли изменения или дополнения к федеральному закону «О торговле», в котором была бы определена обязательность присутствия продукции местных производителей?
Дмитрий Медведев: Спасибо.
Татьяна Супрунец: А можно еще просьбу?
Дмитрий Медведев: Можно, конечно.
Татьяна Супрунец: Являясь представителем хлебопечения, у меня к Вам просьба: обратите, пожалуйста, внимание на итоги работы Х съезда Союза пекарей России, который был в июне в Москве. У нас очень много на самом деле проблем. Нам бы очень хотелось понимания, помощи и, может быть, даже содействия.
Дмитрий Медведев: Спасибо. Во всяком случае я считаю абсолютно правильным поблагодарить нашу коллегу аплодисментами за смелость. Мне-то легко такие вопросы задавать – вам гораздо труднее на них отвечать, это я тоже понимаю. Но, с другой стороны, все начинается с нашей искренней позиции.
Тема сетей. Когда мы писали в прямом смысле этого слова закон «О торговле» – а закон этот, мягко говоря, не самый удачный, не самый сильный, у меня никаких иллюзий и не было, – одна из целей, которая объявлялась, заключалась в том, чтобы, как мне говорили коллеги из Правительства (я тогда Президентом работал), приструнить сети. Видите, закон есть, и сети есть. Вообще, сети – это не зло, это прекрасная вещь: люди ездят туда, покупают продукты. Это, если хотите, для многих наших людей такой национальный спорт: поехать в субботу-воскресенье, набрать большую корзинку или там коляску этих продуктов, вместе с семьей там прогуляться. Проблема в том, что продукты там могли бы быть гораздо дешевле, если бы не было этих заградительных барьеров, если бы не было этой, извините за непарламентское выражение, борзости со стороны отдельных руководителей этих сетей, которые ставят барьеры для вхождения относительно небольших местных производителей. Почему они, кстати, их ставят? Потому что они проживут и без вас, они свои прибыли заработают и без вас, и именно поэтому они себя так ведут.
Теперь отвечаю на ваш вопрос. Если бы я сказал, что ерунда, давайте изменим закон, все будет нормально, то я бы вас обманул. К сожалению, такие вещи зачастую законами не решаются. И в действующем законе есть правило, направленное на то, чтобы обеспечить доступ местных производителей в сети. Не работает. Единственный способ, я вам здесь говорю предельно откровенно, что можно сделать, – это наша просто с вами совместная, неравнодушная позиция. Поймите меня правильно. Вот вы сказали сейчас об этом. Да, мы закон можем откорректировать, можно посмотреть на какие-то нюансы, я не возражаю и, кстати, готов нашим коллегам и из партийной организации, и из Правительства об этом сказать, мы думаем об этом. Но главное – просто, чтобы каждый случай, когда из вас вымогают за это взятку, во что-то воплощался. Потому что мы можем написать любой закон, но если вы будете приходить, с вас будут тянуть деньги, а вы будете молчать или же давать эти деньги, ничего не поменяется. Поэтому с этим надо бороться и наказывать, в том числе и крупные сети. Они, между прочим, вполне разумные люди. Если кто-нибудь из местных руководителей попадётся на этом деле, не волнуйтесь, они их защищать не будут, они их сольют. И другим урок будет. Вот так».
179