В селе Натальино в фельдшерско-акушерском пункте недавно сократили единицу персонала. За словом «единица» стоит конкретный человек – хороший специалист, умеющий наладить контакт с людьми, превосходно и безболезненно делающий любые уколы. Согласитесь (если, конечно, вас хоть раз в жизни мучила иглой шприца неопытная медсестра), что для этого надо иметь определенный талант. Ну а чем талантливее человек, тем быстрее его сократят.Жители села теперь не всегда могут себе позволить вызвать медицинского работника на дом в то время, когда медпункт закрыт. Фельдшеры не всегда успевают обойти всех больных. Чиновники объясняют ситуацию тем, что действует 131-й закон, по которому нельзя содержать сверхлимитные ставки, жители страдают, то есть все происходит так, как всегда происходило на Руси. Только на этот раз действо разворачивается под вывеской с красивым словом «оптимизация».
Оптимизируем все: образование, медицину, культуру и спорт. Оптимистично сокращаем персонал и классы, закрываем школы, перебрасываем детей из одного села в другое, исходя из положений закона и требований экономии. Пока не удается соптимизировать численность и зарплаты чиновников – но это никогда и не удастся. Потому что для чего оптимизация, экономия?
Для того чтобы кормить чиновный люд и повышать ему заработную плату. Или кормить «слуг народа» – они у нас прожорливые. Сократили медсестру – назначили доплату к депутатской пенсии. Не хватает? Соптимизируем десятки или сотни сокращенных.
Глядя на эту замечательную ситуацию, так и хочется предложить нашим законотворцам принять поправки к 131-му закону или даже принять новый закон о местном самоуправлении. Сущность его в следующем: не надо заниматься оптимизацией по мелочам, надо заниматься ею глобально.
Зачем нам столько школ, больниц, различных соцучреждений? Да еще и в городе, и почти в каждом селе? Траты из бюджета колоссальные! Заплати за содержание зданий, заплати зарплату, кругом только плати и плати. Нужно построить одно, но большое здание (или использовать какой-нибудь недострой под него), в котором совместить все: образование и медицину, дома престарелых и детские садики, работников культуры и спортсменов, муниципальные учреждения дополнительного образования детей (звучная аббревиатура, придуманная как раз для детишек – МУДОД) – то есть всю социалку. Назвать сие учреждение Мудодом (как раз подходит), разместить всех по этажам, повесить таблички – и дело сделано.
На практике это будет выглядеть так: заболел человек в каком-то селе или в городе – и в Мудод. Помер по дороге – уже хорошо, оптимизация для пенсионного фонда. Сумел добраться до Мудода – тоже неплохо. Пока ждет своей очереди к врачу, может:
1) нянчить детей;
2) ухаживать за престарелыми;
3) петь в хоре или смотреть футбольный матч в спортзале;
4) учить детей, если профессия позволяет;
5) лечить людей, если врач;
6) убирать помещение, и так далее и тому подобное.
Представляете, какая польза от одного человека, посетившего Мудод, какое колоссальное сокращение можно провести и сэкономить миллионы бюджетных рублей для зарплат чиновников и пенсий депутатов. И ведь все логично: сократили человека – он с сердечным приступом в Мудод, а там ему: «Кто по профессии? Учитель? Срочно на 12-й этаж, там урок срывается!» Или: «Сантехник? В туалет на 15-м этаже!»
Кстати, в Мудод и работников нанимать не надо – сами придут, все мы там, в Мудоде, будем. Придется, правда, увеличить штат чиновников и назначить рулящих, но экономия таких бюджетных средств это оправдывает. А если закупить в это учреждение алюминиевую мебель, как мечтала Вера Павловна в своих снах в романе Чернышевского «Что делать?», так и вовсе получится построить коммунизм в отдельно взятом Мудоде, прямо как у классика.
Надеюсь, что депутаты возьмут на заметку эту идею и выйдут с законодательной инициативой об организации в стране или, на худой конец, в Саратовской области сети Мудодов. И волки будут сыты, и овцам применение найдется.
Иван ПЕТРОВ
12