В прошлом году в «Шмеле» было опубликовало интервью председателя саратовского Союза солдатских матерей Лидии Свиридовой, в котором она критиковала инициативу Министерства обороны. Напомним суть этой инициативы. Пять дней в неделю солдат будет усиленно заниматься физической подготовкой, боевой учебой, осваивать оружие и технику, а в субботу, переодевшись в «гражданку», сможет уходить из части вплоть до понедельника. В удаленных гарнизонах, где пойти некуда, солдаты срочной службы вправе использовать накопившиеся выходные в виде дополнительного отпуска.Лидия Михайловна оппонировала министерству обороны: о каком отпуске и приплюсованных к нему неиспользованных выходных можно говорить, если солдат служит всего год? Или за неотгуленные выходные срочников будут раньше увольнять? Тогда срок службы сократится до девяти месяцев. Но кто тогда займет место солдата в воинской части, если он на целых три месяца раньше положенного оставит место службы?.. И в какую копеечку будут выливаться эти отпуска, если солдат живет, скажем, в Балакове, а служить его направили во Владивосток? И если из части разом на выходные ушли несколько десятков бойцов, кто их заменит?
В общем, Лидия Михайловна назвала эту инициативу профанацией, придуманной лишь для того, чтобы одурачить простачков-призывничков. А когда средства массовой информации распространили ее точку зрения, она подверглась серьезной критике и даже нападкам со стороны военных.
– Но, насколько мне известно, за прошедший год ни в одной части ни одному солдату выходные дни не предоставлялись. Так что время доказало, что мои опасения не были напрасными и я оказалась права, – говорит при нашей очередной встрече Лидия Михайловна.
А сегодняшним поводом для разговора стала новая инициатива военных, о которой рассказывает Лидия Свиридова:
– Отличительной особенностью этого осеннего призыва стала инициатива Генштаба о том, что призывников до воинской части могут сопровождать представители общественности, в частности, Союза солдатских матерей.
Здесь надо сделать небольшое отступление. Несколько лет назад достаточно много новобранцев погибало в первые два месяца службы в армии. В последние годы участились случаи гибели во время пути следования в воинскую часть. Парней находили полуживыми или без памяти на железнодорожных путях, на маленьких полустанках и т. д. При этом им предъявляли обвинения в побеге, и искать причины этих происшествий было очень сложно.
Да что далеко ходить, помните балаковец Александр Девяткин так погиб – офицер военкомата около Энгельса выгнал его из автобуса. С тяжкими телесными повреждениями парня нашли на следующее утро, а через сутки он скончался.
Видимо увеличение числа случаев гибели солдат по пути следования в часть и натолкнуло военных на гениальную мысль: пусть представители союзов солдатских матерей и сопровождают призывников.
И, знаете, родители призывников этой инициативе зааплодировали, стали кричать «Ура!» Почему? Да потому что все прекрасно знают, что если Свиридова или другой представитель ССМ будет сопровождать команду, то это – стопроцентная гарантия не только тому, что их сын доедет до места службы, но и тому, что его жизнь будет защищена все время службы. Потому что за 20 лет работы мы научились находить общий язык с командованием воинских частей и обеспечивать безопасность саратовских парней.
Но я считаю, что военные штабисты в этот раз очень умело стрелочки людской ненависти к негативным событиям, происходящим в армии, с себя перевели на нас.
Дело в том, что если председатель или член Союза солдатских матерей желает сопроводить команды призывников, то делать это они могут только за счет личных средств – таковы условия эксперимента, придуманного в Генштабе.
Потратить на это средства организации мы не можем. Поясню почему. По закону мы должны средства организации расходовать только на членов организации и больше ни на кого. Но за последние 10 лет от ССМ служить в армию ушло только три человека! А остальные были признаны призывными комиссиями негодными, потому что мы очень четко сопровождаем процесс призыва каждого призывника. И если он страдает, например, плоскостопием, то призыва его в армию мы не допустим ни под каким предлогом. В осенний призыв из ребят, мамы которых являются членами нашей организации, ни один в армию призван не будет, потому что мы их обследовали в независимых медицинских учреждениях, и оказалось, что состояние их здоровья не позволяет им служить в армии. Потратить деньги Союза на сопровождение других лиц мы не можем.
Остается вариант поездки за счет личных средств. Но моя пенсия всего 7 тысяч рублей. Несколько дней назад я получила от военного комиссара Саратовской области Сергея Лебы уведомление, что мне 8 декабря надлежит сопроводить команду саратовцев из 36 человек в Севастополь. Но моих 7 тысяч хватит только на то, чтобы доехать до Севастополя, а обратно я должна идти пешком?
Что я в этой ситуации должна сделать? Как вы понимаете, я должна честно сказать, что я не располагаю достаточным количеством личных средств, чтобы выполнить эту функцию. Что в этой ситуации сделает Генштаб? Он донесет до родителей информацию, что, несмотря на то, что Свиридовой была предоставлена возможность сопроводить ребят до воинской части, она отказалась это сделать. Кого будут винить родители? Ответ очевиден: конечно, же Свиридову.
Смешнее всего, что мы даже от родителей на эти цели деньги принять не можем – это запрещено законом. Это будет считаться, что я получила какой-то доход и обязана заплатить с этой суммы подоходный налог и сдать налоговую декларацию.
Есть ли из этой ситуации выход? Есть. Я считаю, если кто-то из родителей желает и имеет возможность за личные средства сопровождать своего и остальных новобранцев к месту службы, то – пожалуйста. Нужно только заблаговременно сообщить об этом в нашу организацию. Причем, мама или папа будет действовать как представитель нашей организации.
В этом случае наша организации незаконно деньги не тратит, этому гражданину никто деньги не дает, он использует только свои средства. Это его деньги и он решает, на что их потратить. Кто-то построит особняк, кто-то купит машину, кто-то шикарные проводы в армию устроит, а кто-то повезет солдат к месту службы. Причем, привезет, познакомится с командованием части, посмотрит, в каких условиях будет служить сын и его земляки. И я вас уверяю, от этого визита очень многое зависит: судьба и даже жизнь молодых людей.
Встает еще один вопрос. Какова ответственность человека, который вызвался сопровождать призывников? Ответственности сопровождающий от нашей организации не несет никакой. Что бы ни происходило во время поездки, отвечать за это наш представитель не будет – он всего лишь наблюдатель от Союза и от Генштаба (это же их инициатива!). Причем, Союз солдатских матерей только рекомендует своего представителя, а направляет – Генштаб.
Что входит в обязанности наблюдателя? Проследить за тем, чтобы ребята были обеспечены всем, что им полагается, включая условия проезда, чтобы все это соответствовало закону о воинской обязанности и правам человека.
Генштаб со своей инициативой преследует еще одну цель. Ни для кого не секрет, что у нас все негативные события в армии происходят по пьянке. К сожалению, провожая ребят в армию, родители и друзья не задумываются о том, насколько серьезна та среда, в которую молодой человек попадает, когда при отправке с городской площади садится в автобус. Уже в автобусе офицеры вынимают у призывников из карманов и потайных мест такое количество спиртного, что диву даешься – можно полк споить.
Полуторалитровые бутылки, наполненные 60-градусным самогоном – в порядке вещей. Я лично на Саратовском сборном пункте была свидетелем, как офицеры буквально на руках переносили новобранцев из автобуса в казармы.
Стандартная ситуация: утром призывников посадили в автобус пьяными, если не все спиртное сумели отнять, они добавили в пути, а вечером их погрузили в эшелон, где они тоже продолжили возлияния, да по пьянке подрались… Конечно, один сопровождающий, а это, как правило, молоденький офицер, с ними справиться не может. Вот Генштаб нас и упрекает: смотрите, как ваши призывники себя ведут. Этот упрек я готова принять – да, это так. Да. Я готова сопровождать команду и при мне не попьешь! Тогда дайте мне возможность осуществить сопровождение, а именно: оплатите командировку.
Ведь мы оплачиваем налоги на содержание всех войск, кроме того, отдаем туда служить своих детей. Так почему же участвовать в эксперименте Генштаба мы должны только за свои деньги? Почему не за деньги государства, собранные нами и внесенные в военные бюджеты в виде налогов? Сохранение жизни солдатам – это ведь государственная задача.
Почти месяц назад я обратилась к военному комиссару Саратовской области Сергею Дмитриевичу Лебе с открытым письмом, где подтвердила свою позицию: при решении финансовых вопросов министерством обороны и командованием внутренних войск саратовский Союз солдатских матерей готов направить сопровождающего в каждую команду призывников, убывающую из Саратова. При этом подчеркиваю: если уж сопровождать, то каждую команду и каждого призывника, а не избранных и элитных.
Пока ответа нет. Тем не менее, отправки ребят в воинские части уже идут полным ходом. И лично я еще раз убедилась, что новация генштаба о возможности сопровождать призывников к месту службы есть ни что иное, как способ погасить тревогу родителей. Причем, тревога родителей вполне обоснована, а то, как ее «гасят» хорошим делом я назвать не могу.
Лариса АБАЕВА
2