ОТ «КОММЕРСАНТОВ» ДО РЕЧНИКОВ

Страсти по училищу.

 К началу XX в. в России очень популярными средними учебными заведениями стали коммерческие училища. Это произошло благодаря Положению о коммерческих учебных заведениях, утверждённому Николаем II в 1896 г.

До появления этого документа обучение в них было доступно в основном купеческому сословию и только мальчикам. Положением эти ограничения были сняты. Кроме того, все коммерческие учебные заведения вывели из-под контроля Министерства народного просвещения и передали в ведение Министерства финансов, а с 1906 г. Министерства торговли и промышленности. Это освобождало от гнёта циркулярных предписаний «просвещенцев» и давало определённую свободу в устройстве учебной части, что способствовало проявлению инициативы и творчества как среди учителей, так и среди их воспитанников.

Коммерческие училища подразделялись на семиклассные и трёхклассные. Семиклассные училища давали общее и специальное образование. Учащихся-юношей готовили к коммерческой деятельности, к занятию должностей бухгалтеров, контролёров, приказчиков. Они могли поступать в вузы коммерческого профиля или высшие технические учебные заведения. Выпускницы-девушки пользовались «правами окончивших гимназию ведомства учреждений Императрицы Марии». Это означало, что они имели право поступать во все высшие женские учебные заведения. Кроме того, девушки могли получить свидетельство на звание учителя начальных училищ без испытания или домашней учительницы после сдачи экзамена только по одному главному предмету.

Обучение было платным, но способным ученикам, чьи родители не могли платить за обучение, назначали стипендию.

В коммерческих училищах преподавались закон божий, русский язык и словесность, два новых языка, история, география, математика, естествознание, физика, коммерческая арифметика, бухгалтерия, коммерческая корреспонденция, политическая экономия, законоведение, химия и товароведение с технологией, коммерческая география, каллиграфия, рисование и гимнастика. К приему в первый класс коммерческого училища допускались «дети не моложе 10 лет, имеющие познания, требуемые для поступления в 1-й класс реальных училищ».

Мечта о подобном учебном заведении в умах балаковской интеллигенции витала давно. Образовательные учреждения, которые существовали в Балакове в начале XX века, не давали даже среднего образования, и, чтобы его получить, приходилось выезжать на учебу в Вольск, Самару, Саратов и другие города России. А ведь в Балакове проживали люди обеспеченные, богатые. Разве они могли позволить, чтобы их дети были недоучками? Этим вопросом задался открытый в конце 1904 г. биржевой комитет уже в первом своём отчёте (за 1904-05 гг.):

«Одно из самых насущнейших требований жизни - необходимость образования. Для удовлетворения этой потребности в Балакове имеется второклассное епархиальное училище (имеет специальное назначение подготовки учительниц для церковно-приходских школ), Министерское двуклассное училище, 6 церковно-приходских школ, и нет ни одного средне-учебного заведения, каковое при населении в 22 тыс. человек – необходимо (в Аткарске Саратовской губернии при населении в 7 тыс. человек имеются 2 средне-учебных заведений: реальное училище и женская гимназия)».

Но тогда биржевики признали, что «постройка учебного заведения на частные средства, едва ли может быть осуществлена, т.к. требует весьма значительных капиталов».

А большому торговому селу, получившему неофициальное звание «хлебной столицы», требовались свои, доморощенные высококвалифицированные кадры. Поэтому выбор и пал на такой вид среднего учебного заведения, как коммерческое училище, семиклассное.

Впервые именно о таком учебном заведении члены биржевого комитета заговорили в 1907 г. Тогда они обратились в земскую управу с просьбой выделить на это средства. Однако земство отказало. И челобитчикам пришлось отступить.

В очередной раз вспомнили о коммерческом училище через год с небольшим. Окончательное решение о том, что училище надо обязательно открывать, было принято 10 января 1909 г. на заседании биржевого комитета по предложению его председателя Сергея Гавриловича Мельникова. Чтобы увековечить память о своём отце, умершем незадолго до этого, расходы на строительство здания обязался взять на себя крестьянин по сословию, но купец по капиталам Иван Васильевич Кобзарь, пообещав дать на это 50-60 тыс. р. и потребовав от биржевиков обеспечить лишь ежегодное содержание училища. Попытка договориться о финансировании с министерством финансов увенчалась успехом только отчасти: из запрошенных ежегодных 10 тысяч рублей пообещали выделять из казны 5, да и то не сразу, не к открытию.

Между тем, пока вопрос об открытии училища вяз в огромном количестве согласований, член биржевого комитета Иван Васильевич Мамин на свои средства 2 октября 1909 г. открыл «женскую двухклассную школу с прикладными знаниями - огородничеством, шитьем простого белья, вышиванием, кулинарией, - словом, что всего больше нужно сельской женщине». Неизвестный балаковский корреспондент на страницах газеты «Саратовский листок»

(№ 223, 7 октября 1909 г.) разразился, в связи с этим, раздражительной тирадой в адрес тех, кто затягивал с открытием училища:

«Немало у нас передовых людей, да всё на словах, а не на деле.

Было много толков о гимназии, коммерческом училище. Но толки остались толками, а тут человек без разных разговоров взял да и построил школу и на себя взял обязательство содержать её не менее 6 лет, а ведь это (вместе с постройкой) обойдётся не менее 20 тыс. Мамин же человек очень небогатый.

Пусть же поучатся, как дело надо делать, владеющие миллионами, сотнями и десятками тысяч! Не  грех бы им раскошелиться и устроить гимназию».

Но на этом уколе «возмутитель спокойствия» не остановился. Спустя две недели он назвал уже конкретного виновника задержки решения вопроса:

«В прошлом году местный житель И.В. Кобзарь задумал было в память своего умершего отца открыть коммерческое училище, на что и ассигновал 60 т. р., но, встретив на первых же порах какие-то затруднения, спокойно сложил руки, как бы говоря: была бы честь предложена, а от убытка бог избавил...

Собственно говоря, и самая мысль открыть здесь коммерческое училище не совсем удачна. Ведь всем известно, что оно стоит дорого, следовательно, будет доступно только для людей богатых, средний же класс, который наиболее нуждается в средне-учебном заведении, останется как бы ни при чем. Вот бы г. Кобзарю следовало, встретив препятствие, не успокаиваться на этом, а идти дальше, т.е. или хлопотать об устранении этих препятствий, или же оставить мысль о коммерческом училище и основать хотя бы простое ремесленное училище, что легче осуществимо, да и более нужно и доступно для массы населения.

Нет, видимо, вся беда в отсутствии искреннего желания» («Саратовский листок», № 235, 21 октября 1909 г.)

Пришлось за оскорблённого Кобзаря вступиться Мамину:

«В действительности же И.В. Кобзарь 4 февраля 1909 г. нотариальным заявлением комитету хлебной биржи с. Балакова дал обязательство выстроить здание для коммерческого училища с затратой до 55 тыс. р., причём, непременным условием постройки здания он ставил обеспечение ежегодного содержания училища.

Хлопоты перед министерством и другими учреждениями по изысканию средств были предприняты биржевым комитетом. К сожалению, старания пока ни к чему не привели, и только поэтому Балаково до сих пор не может воспользоваться столь щедрой жертвой Кобзаря. Во всяком случае, не его вина в том, что там, где вершат судьбы народного просвещения, не спешат воспользоваться его щедрым даром. Но чем бы ни кончилось это дело, сердечное, искреннее спасибо от балаковцев Кобзарь уже заслужил» («Саратовский листок», № 245, 3 ноября 1909 г.)

Впрочем, и корреспондент, и Мамин беспокоились зря. 26 ноября 1909 г. Устав училища был утверждён. Началась подготовка к обучению.

На фото И.В. Кобзарь

Продолжение следует